Наследие улицы Невской. История рода Поливановых

0
16

Продолжение по просьбам читателей

Статья «Наследие улицы Невской» вызвала массу откликов. Люди писали из разных городов и поселений России. История малой Родины пробудила самые теплые воспоминания. Вот некоторые из них.

Эта улица навсегда останется родной для Андрея Стакина (его бабушка – Комарова Серафима Семеновна), Светланы Бархатовой (пять лет она посещала уютный и теплый детский сад в доме Завьяловых), Марины Укладовой (часто гостила у родных в их доме №43 – Мальцевых Николая Иосифовича и Елены Михайловны – родной сестры бабушки). Владимир Копылов из Санкт-Петербурга написал, что провел свое детство на Невской в доме №31. Дом принадлежал прабабушке, которая стала приемной мамой для его бабушки Екатерины Копыловой, а жили они вместе с сестрой. Отец Владимира после войны руководил культурным сектором района. После его смерти красивый дом из волжского леса был продан.
Лариса Владимирова из Орехово-Зуева училась у Ольги Лукиничны Емельяновой. Бывшая ученица считает Ольгу Лукиничну учителем от Бога. Вот что она пишет: «…она давала не только фундаментальные знания, она умела заинтересовать ребёнка своим предметом так, что когда его спрашивали: «кем ты хочешь стать?», он отвечал: «Ольгой Лукиничной». Она учила прекрасной разговорной речи на немецком языке, великолепному произношению, так, что когда я училась в ВУЗе на своём факультете, мне несколько раз предлагали перейти на факультет иностранных языков, но выбор был уже сделан. Я всегда помнила и буду помнить её с великим уважением и теплотой».
Татьяна Перова (Серова) дополняет: «Я благодарна судьбе, что Ольга Лукинична была в моей жизни. Ее душевных сил хватало на всех нас, ее учеников, и в школе, и даже в институте. Несколько раз она приезжала ко мне в Иваново, интересовалась, как я живу, учусь. Это было очень трогательно. О ней знают мои дети и внуки. Когда я приезжала в Родники, мы обязательно встречались и говорили обо всем. Почти 40 лет я преподавала немецкий язык в Казанском Федеральном университете и почти на каждом занятии использовала что-то из ее методики. Такого Человека невозможно забыть!»
Алевтина Соколова из Даугавпилса продолжает: «Я закончила 10 классов средней школы №2. Моей клас- сной руководительницей была Елена Ивановна – требовательный и справедливый человек. После войны были очень тяжёлые годы. Ольга Лукинична в старших классах преподавала нам немецкий. Она организовала кружок самодеятельности: к праздникам мы готовили песни, небольшие сценки на русском и немецком языках. После школы я окончила Ивановский институт, факультет математики. Так что они обе у меня крепко в памяти!!!!»
Галина Соколова-Алайцева-Федорыженко из села Колояр под Саратовом, родившаяся в 1941 году, пишет: «Я прожила на Невской улице всю войну, помню пленных немцев, они брали меня на руки и ласкали. Дом наш был №42 на двоих хозяев, а на углу улицы была МТС. Хочется узнать о моей первой учительнице Касаткиной Серафиме Васильевне. У нее не было одной руки. Может, кто помнит ее?»
А вот что пишет Надежда Кравчук (Лазарева) из Краснодара: «На улице Невской, в доме № 21, я прожила до 1975 года. Смирновы Иван Иванович и Фаина Васильевна — это дед и бабушка моей школьной подруги Оли Безменниковой. Они ее и воспитывали. В их доме была огромная библиотека, Ивана Ивановича я помню постоянно читающим. А площадка у торговой палатки была любимым местом для игры в мяч. Улица была раньше ухоженная, дорога мощеная булыжником, была тропинка для прохожих, а напротив нашего и дома Бахуновых была лужайка, на которой мы с девчонками играли в куклы. Сейчас Невскую улицу не узнать. Новые дома за высокими заборами (а раньше у каждого дома палисадник, цветы). Дорога разбитая. Мама после смерти папы в 1989 году продала дом и переехала жить к нам. Новые хозяева затем снова продали дом, но там никто не живет, дом разрушился, без слез смотреть нельзя».
Светлана Павлова (Субботина) из Сосногорска дополняет: «На Невской улице жила родная сестра моей бабушки, та самая Мария Васильевна Касаткина (библиотекарь). Мы часто бывали у неё в гостях с моей бабушкой Евлампией Васильевной Красносельской. Тётя Маша была очень гостеприимной, начитанной, интеллигентной женщиной, такой я запомнила ее на всю жизнь. Мы проживали на соседней Родниковской улице, а родительский дом моего дедушки, Александра Дмитриевича, тоже находится до сих пор на улице Невской у пруда, где поворот на родник».
Замечательное дополнение в историю Невской улицы внесла Галина Будная (Завьялова). Она рассказала: «Конюх Красильщиковых взял на воспитание ребенка-сироту и дал ему свою фамилию. Каретник – так звали конюха в округе, был очень известным лицом. Он обучал приемного сына своему ремеслу, учил чинить кареты и сани. Приемыш был родным дедушкой Галины. Поскольку деда Галины звали Завьялов Михаил Петрович, то, вероятно, конюха звали Петр Завьялов. Его приемный сын 1903 года рождения, Завьялов Михаил Петрович, прошел всю войну, закончил ее в Германии, был радистом с особыми полномочиями. Всю жизнь он проработал на комбинате мастером ткацкого цеха. Выглядел интеллигентно, носил карманные часы на цепочке. Жил дед Михаил скромно, в «номерах», прожил всего 61 год, хотя никогда не пил и не курил. Светлая память ветерану войны!»
Фотографируя в первый раз дом №29 (Завьяловых) я сразу не заметила, что крышу здания поддерживают более сорока профилей деревянных коней. Они великолепны! Выпиловка чудом сохранилась от 1830 года, когда на улице было менее семи домов.
С помощью Марины Мальгиной, Ольги Ивановой (дочки Л.Б. Егорушкиной) встреча и рассказ о жителях Невской улицы получили дальнейшее продолжение.
А самой захватывающей новой историей оказался рассказ Егорушкиной Лилии Борисовны – правнучки Поливанова Петра Максимовича. Несколько поколений ее предков жили на улице Невской в доме №16. Благодаря этим людям население села Родники строило свои добротные дома из самого качественного волжского леса. Оказывается, напротив двухэтажного деревянно-каменного дома конюха Завьялова стоял раньше большой добротный деревянный двухэтажный дом с огромным конным двором, принадлежавший Поливанову Петру Максимовичу. Прадед Лилии Борисовны (1957 г.р.) — Поливанов Петр Максимович (1850-1932), занимался извозом волжского леса из Кинешмы для фабрикантов Красильщиковых и селян на постройку домов. Конный двор Петра Максимовича был хорошо оснащен: его лошади-тяжеловозы возили лес зимой и летом. На Петра Максимовича работали наемные работники.
Весьма вероятно, что Поливановы и Завьяловы состояли в самом близком родстве, так как у Петра Максимовича была сестра с фамилией Завьялова. Семьи дружили, часто бывали в домах друг друга, решали рабочие вопросы, выручали и оказывали необходимую помощь при необходимости. Дома были построены, вероятно, в самом конце 20-х годов позапрошлого, XIX века.Семья Петра Максимовича Поливанова была большой: сын Алексей (12.02.1877-07.11.1938), дочери Любовь, Мария, Татьяна и сын Иван. Женщины работали ткачихами на фабрике Красильщиковых. Алексей Петрович пошел по стопам отца, а Иван Петрович, получив хорошее образование, был направлен в Казань преподавателем математики в индустриальный техникум.
У сына, Алексея Петровича, от первой жены осталось двое детей: Сергей и Элла. Детям нужна была забота, и Алексей женился второй раз. Ему было 56 лет, а супруге – 42, когда родился третий общий ребенок — Вера (08.07.1932-06.01.2010), в замужестве Прусова – мама Лилии Борисовны. Сын Алексея, Сергей, жил с отцом, а затем решил сзади дома на спуске к реке построить себе отдельный дом. Поливановы имели огромную территорию в своей собственности, около 18 соток земли. Владения прадеда были и на другом берегу Юкши. Огромные старые липы у речки и на территории начальной школы были посажены еще прадедом П.М. Поливановым. Они граничили с зимним садом А.М. Красильщиковой и примыкали к оригинальной кованой решетке ограды знаменитого Летнего сада Е.И. Красильщиковой. В саду была целая система прудов, дубовая аллея. Дубы были такого диаметра, что обхватить их даже взрослому человеку было невозможно.
Сегодня территория теплицы Т. Шмелевой располагается на одном из песчаных мест у тех бывших прудов, где дети часто находили в песке раковины, битые фаянсовые вазы и другие предметы из усадьбы Красильщиковых. В двух добротных домах, смотрящих на церковный пруд, по дороге в центр, на выходе с улицы, у самой речки, жили сестры Елкины (Поливановы), которые ходили в родительский дом Поливановых на территорию прадеда через свои огороды. Весь огород прадеда был усеян подковами, монетами того времени, их находили несколько поколений рода Поливановых.
Алексей Петрович Поливанов продолжил дело отца. Он содержал огромный конный двор. Справа у дома был большой деревянный настил, куда заезжали повозки и где стояли кони. Первый этаж дома был без окон. В нем располагались огромные клети, чуланы, забитые мешками с зерном. На втором этаже находились комнаты для постояльцев. Возможно, как говорят родственники, родоначальники Поливановы жили сначала в доме Завьяловых и лишь позднее Алексей Поливанов перешел жить в дом №16 (раньше он был домом №7 – так записано в книге регистрации брака от 10 июля 1924 вдовца Алексея Петровича и вдовы Татьяны Васильевны Рябиковой). Сохранились портретное фото Поливанова Алексея Петровича и фото с сыном Сергеем, на котором ямщику 30 лет (1907 г.). Красивый мужчина с усами смотрит на нас добрым взглядом. Он тоже занимался извозом — возил в Кинешму ткани. В Кинешму шел целый обоз – так было безопаснее на дороге. Поскольку Невская улица стоит практически на родниковых ключах, питающих речку, лошади утопали в грязи по грудь при перевозе строительного леса и товара. Всю жизнь Петр Максимович и Алексей Петрович во-зили на улицу к дому булыжники и практически сами вымостили улицу для себя и жителей. За бывшей школой №2, которой еще не было и в помине, располагались в то время большие пашни. Дед Алексей выращивал там зерновые культуры для лошадей. Сам пахал, сеял и собирал урожай. На первом этаже его дома висело множество хомутов, кожаных ремней, лежали груды подков. Когда сломали старый двор, чтобы построить новый дом, при закладке современного фундамента муж Лилии Борисовны обнаружил, что под слоями вековой земли лежит хорошо спрессованный черный конский навоз — лучшее удобрение для грядок и огорода.
За нашим разговором хозяйка дома принесла и показала удивительный валдайский колокольчик 1863 года высотой примерно 12 см с чистейшим малиновым звоном ноты ля, который всегда был в пути вместе с Алексеем Петровичем под дугой ведущего коня. В 1938 году деда заставили ехать изымать у крестьян хлеб. Алексей Петрович отказался участвовать в продразверстке. В тот же вечер 17 декабря 1937 г. его забрали, осудили Приговором Спецколлегии облсуда от 05.03.1938 г. на 6 лет лишения свободы по статье 58-10 УК РСФСР и через 10 месяцев (07.11.1938) пришла весть о его смерти в тюрьме. Расстреляли его или он умер от пыток, болезни – сейчас неизвестно, как и место его захоронения. В свидетельстве о смерти, датированном 03.01.1939 г. и выданном семье, указано, что причина смерти – склероз сердца. Но мы с вами знаем, что и сегодня вместо настоящей причины смерти пишут совершенно другую, скрывая истину. Жена и дети также испытали на себе все последствия репрессий. От всего имущества в доме остались только лавки да хомуты с ремнями. Из семьи забрали все, что можно было унести и увезти. На чердаке дома хранились большие иконы, написанные маслом. Все они были уничтожены. Семья с детьми была брошена на выживание. В войну Татьяна Васильевна спасала детей тем, что работала в госпитале в средней школе № 2 и приносила кашки. Денег в семье не было. Справку о реабилитации Поливанова Алексея Петровича семья получила 24.12.1993 г. Честное имя Алексея Петровича Поливанова было восстановлено!
Продолжение следует… Л.Котова

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here