Как наш земляк, через полтора месяца после начала войны, Берлин бомбил…

0
2

80 лет тому назад — 8 августа 1941 года — через полтора месяца после начала Великой Отечественной войны, на фоне, казалось бы, почти триумфального продвижения гитлеровцев вглубь СССР, на столицу рейха Берлин упали первые советские бомбы.
А организовал и провёл эту блестящую военно-политическую спецоперацию не кто-нибудь, а наш земляк — уроженец Вичуги Семён Жаворонков.

* * * * *

Семён Фёдорович Жаворонков родился 11 (23) апреля 1899 года в деревне Сидоровская Кинешемского уезда Костромской губернии (в 1930 году эта деревня вошла в состав города Вичуга Ивановской области).
С 1910 года работал в селе Бонячки (Вичуга) на фабрике Коновалова (затем фабрика имени В.П. Ногина). В начале 1917 года вступил в партию большевиков, а в июле этого же года создал и возглавил первый Вичугский Союз рабочей молодежи — прообраз будущего комсомола.
Участник гражданской войны в 1918-1920 г.г. После её окончания остался в армии. Окончил Военно-политическую академию РККА, курсы усовершенствования комсостава, военную школу летчиков, и в 1936 году — Военно-воздушную академию имени Н.Е. Жуковского.
С 1937 года — заместитель, в 1938-1939 годах — командующий Военно-воздушными Силами Тихоокеанского флота. С мая 1939-го — начальник авиации Военно-Морского флота.

* * * * *

22 июля 1941 года, ровно через месяц после начала войны, немецкая авиация впервые бомбила Москву, но налёт был успешно отражён.
24 июля немцы повторили бомбардировку, на этот раз им удалось сбросить на столицу 300 тонн бомб. На фоне больших потерь ВВС Красной Армии министр пропаганды Германии Й. Геббельс объявил, что советская авиация разгромлена, а главнокомандующий люфтваффе Г. Геринг заявил: «Ни одна бомба никогда не упадёт на столицу рейха!».
Но оказалось, что это не так. «Ответка» не заставила себя ждать.

* * * * *

В это самое время командующий ВВС ВМФ СССР генерал-лейтенант С.Ф. Жаворонков разработал детальный план дерзкой бомбардировки Берлина и первоначально доложил о нём своему непосредственному начальнику — народному комиссару Военно-морского флота СССР, адмиралу Н.Г. Кузнецову.
26 июля 1941-го Кузнецов вместе с Жаворонковым на встрече у И.В. Сталина предложили ему провести ответные бомбардировки Берлина силами авиации Балтийского флота с аэродрома Кагул на эстонском острове Эзель (Сааремаа) — самой западной на тот момент точки суши, контролировавшейся советскими войсками.
Сталин с восторгом одобрил дерзкий план морских лётчиков, и на следующий день, 27 июля, отдал приказ: произвести бомбовый удар по Берлину и его военно-промышленным объектам.
Командование операцией было поручено генерал-лейтенанту Жаворонкову, а лично ответственным за результат был назначен адмирал Кузнецов.

* * * * *

Для нанесения удара планировалось использовать дальние бомбардировщики ДБ-3, ДБ-ЗФ (Ил-4), а также новые ТБ-7 и Ер-2 ВВС и ВВС ВМФ, которые с учётом предельного радиуса действия могли достигнуть Берлина и вернуться обратно. Учитывая дальность полёта (1 765 км в обе стороны, из них над морем 1 400 км) и мощную ПВО противника, успех операции был возможен лишь при выполнении нескольких условий: полёт необходимо было осуществлять на большой высоте, возвращаться назад по прямому курсу и иметь на борту лишь одну бомбу весом 500 кг или две бомбы по 250 кг.
28 июля генерал Жаворонков прилетел в посёлок Беззаботное под Ленинградом, где базировался 1-й минно-торпедный авиационный полк ВВС Балтийского флота. Операция готовилась в режиме повышенной секретности, для нанесения удара по Берлину были отобраны 15 экипажей полка. Командиром особой ударной группы назначили командира полка полковника Преображенского Е.Н., флаг-штурманом — капитана Хохлова П.И.
Вечером 6 августа экипажи первой группы бомбардировщиков получили боевую задачу.

* * * * *

7 августа 1941 года в 21:00 с аэродрома Кагул на острове Эзель поднялась особая ударная группа из 15 бомбардировщиков ДБ-3 ВВС Балтийского флота под командованием полковника Преображенского, загруженных бомбами ФАБ-100 и агитационными антифашистскими листовками.

Полёт проходил над морем на высоте 7 000 м по маршруту: остров Эзель (Сааремаа) — Свинемюнде — Штеттин — Берлин. Температура за бортом достигала минус 35-40 градусов, из-за чего стёкла кабин самолётов и очки шлемофонов обмерзали. Кроме того, лётчикам пришлось всё время пользоваться кислородными масками. Для соблюдения секретности выход в радиоэфир был категорически запрещён.
Через три часа полёта вышли к северной границе Германии. При полёте над её территорией самолёты неоднократно были обнаружены с немецких наблюдательных постов, но, принимая их за свои, вражеская ПВО огня не открывала.
Уже 8 августа, в 1:30 ночи, пять самолётов осуществили сброс бомб на хорошо освещённый Берлин, остальные отбомбились по берлинскому предместью и Штеттину. Немцы настолько не ожидали авианалёта, что включили светомаскировку только через 40 секунд после того, как первые бомбы упали на город.
После окончания бомбардировки в эфир была передана первая радиограмма: «Моё место — Берлин! Задачу выполнили. Возвращаемся на базу!».
В 4 утра, после семичасового полёта, экипажи без потерь вернулись на аэродром.

* * * * *

Несмотря на то, что бомбовый удар не нанёс существенного военного урона Германии, он имел важный психологический эффект.
8 августа немецкое радио передало сообщение:
«В ночь с 7 на 8 августа крупные силы английской авиации, в количестве 150 самолётов, пытались бомбить нашу столицу… Из прорвавшихся к городу 15 самолётов 9 сбито».
В ответ на это Би-би-си сообщило:
«Германское сообщение о бомбёжке Берлина интересно и загадочно, так как 7-8 августа английская авиация над Берлином не летала».
Совинформбюро 8 августа известило, что советская авиация успешно бомбила Берлин. Сообщение в «Известиях» завершалось словами: «В результате бомбёжки возникли пожары и наблюдались взрывы. Все наши самолёты вернулись на свои базы без потерь».

* * * * *

После первого налёта на Берлин они продолжались затем ещё в течение почти целого месяца.
Всего до 5 сентября советские лётчики выполнили девять бомбардировок столицы Германии, совершив в общей сложности 86 самолёто-вылетов.
33 самолёта бомбили Берлин, сбросив на него 21 тонну бомб и вызвав в городе 32 пожара.
37 самолётов не смогли выйти к фашистской столице и нанесли удары по другим городам.
В общей сложности было израсходовано 311 фугасных и зажигательных бомб общим весом 36 050 кг. Кроме того, были сброшены 34 агитбомбы с листовками.
16 самолётов по разным причинам были вынуждены прервать полёт и вернуться на аэродром. Во время осуществления налётов было потеряно 17 самолётов и 7 экипажей.

* * * * *

Уже 8 августа И.В. Сталин подписал приказ «О поощрении участников бомбардировки Берлина», в котором, помимо благодарности, объявлялось о выдаче каждому члену первой экспедиции по 2 тысячи рублей.
13 августа вышел Указ Президиума Верховного Совета СССР о присвоении званий Героя Советского Союза полковнику Преображенскому Е.Н., капитанам Гречишникову В.А., Плоткину М.Н., Ефремову А.Я. и штурману флагманского экипажа капитану Хохлову П.И.
Также в приказе Сталина «О порядке награждения лётного состава ВВС за хорошую боевую работу» от 19 августа 1941 года было специально установлено: «При действиях по политическому центру (столице) противника за каждую бомбардировку каждое лицо экипажа получает денежную награду в размере 2000 рублей» (за обычную успешную бомбардировку лётчики получали 500 рублей).
Всего в августе-сентябре 1941 года за участие в данной операции орденами Ленина были награждены 13 человек, Красного Знамени и Красной Звезды — 55 человек. В сентябре Героями Советского Союза стали ещё 5 человек, многие получили ордена и медали.

* * * * *

Что же касается автора и руководителя операции по бомбардировке Берлина — С.Ф. Жаворонкова, — то, по неизвестной до сих пор причине, возможно, из-за каких-то интриг в руководстве страны, звание Героя Советского Союза «обошло» его стороной. За разработку и руководство этой операцией С.Ф. Жаворонков был награждён только лишь Орденом Красного Знамени.
После этого Семён Федорович продолжил службу в качестве командующего авиацией ВМФ СССР, много сделал для обороны Ленинграда и «Дороги жизни» над Ладожским озером, внедрению новой тактики борьбы с противником на море — полётов одиночных самолетов-торпедоносцев со свободным поиском врага.
31 мая 1943 года Жаворонкову было присвоено звание генерал-полковник, а 25 сентября 1944-го — Маршал авиации.
В феврале 1945 года С.Ф. Жаворонков обеспечивал по заданию советского правительства перелёт в СССР делегаций стран-участниц Ялтинской конференции.
После войны руководил гражданской авиацией СССР, после чего в ноябре 1959 года вышел на пенсию.
Скончался Маршал Жаворонков 8 июня 1967 года. Память о нём увековечена в названиях улиц в городах Иваново и Вичуга, в присвоении его имени средней школе №17 г. Вичуга и Выборгскому авиационно-техническому училищу гражданской авиации. В Вичуге, на аллее Славы по улице Большая Пролетарская, в 1999 году был установлен бюст в его честь. В 2014 году Семёну Фёдоровичу Жаворонкову было присвоено звание «Почётный гражданин города Вичуга».

М. Сметанин

ОСТАВЬТЕ ОТВЕТ

Please enter your comment!
Please enter your name here